Разработка открытого урока литературы "Вечер в салоне графини Шереметьевой"

Дата публикации: 2018-09-14 17:08:17
Статью разместил(а):
Рахматуллина Лейля Сабиржановна

Разработка открытого урока литературы

«Вечер в салоне графини Шереметьевой» 

Автор: Рахматуллина Лейля Сабиржановна 

ГАПОУ «Набережночелнинский колледж искусств, г. Набережные Челны

 

Убранство класса напоминает интерьеры светских гостиных в стиле русского модерна начала XX века. Гости и участники сидят в непринужденных позах. В центре хозяйка салона.

Хозяйка: Господа, господа, прошу внимания… Недавно в Петербург вернулся из Америки Антон Григорьевич Рубинштейн.  Как сообщает «Вестник Европы», он дал там свыше 200 концертов. Америка покорена. Его называют гениальным пианистом! Завтра он открывает серию «Исторических концертов» в Петербурге. Вход для студентов будет бесплатным. А сегодня он обещал быть здесь.

Стасов: Я слышал, что Рубинштейн учредил международный конкурс пианистов и композиторов,  и средства для его проведения пожертвовал сам.

Хозяйка: Антон Григорьевич будет с минуты на минуту. Он любит исполнять Чайковского, но не любит слушать свою музыку, поэтому я предлагаю сейчас послушать его романс на стихи А.Пушкина

Звучит романс «Ночь». Входит Рубинштейн.

Хозяйка: Господа, позвольте представить нашего гостя Антона Григорьевича Рубинштейна.

Рубинштейн: Я польщен вашим вниманием ко мне и моей музыке.

Княгиня Юсупова: Антон Григорьевич, почему вы обратились  к стихам Пушкина?  Мне кажется, что современному звучанию вашей музыки гораздо больше подходят стихи  Николая Некрасова.

Рубинштейн: Вы не правы, княгиня. Лучше Пушкина о любви никто не говорил. (Читает «Признание» А.С.Пушкина).

Юсупова: Да, Вы правы. Это замечательно! (Читает «На холмах Грузии …»)

Дягилев: Княгиня, как человек мягкий и деликатный, согласилась с Вами, Антон Григорьевич, а я хочу поспорить. Некрасов открыл новое в этой старой теме. Его любовная лирика гораздо интереснее пушкинской. Поэт изображает то, что не изображали до него наши поэты: семью, быт, размолвки, ссоры, горе обиды…

Княгиня Орлова: А на мой взгляд, это ужасно! Некрасов делает нас, читателей, свидетелями своих ссор с мадам Панаевой. (Читает стихотворение «Мы с тобой бестолковые люди»)

Дягилев: Княгиня, Вы браните Некрасова за нескромность, а тем не менее читаете его стихи и даже знаете их наизусть?!

Орлова: Не скрою, мне нравится то, что его жена ни в чем ему не уступает. Она играет в их совместной жизни первую скрипку. Она позволяет себе быть вспыльчивой, раздражительной, неуравновешенной. (Обращается к воспитаннице). Мари, прочтите, пожалуйста, напомните нам… как там у Некрасова… «Тяжелый год». (Мари читает «Тяжелый год – сломал меня недуг»)

Хозяйка: Браво, Мари! И все-таки Вы неправы, княгиня. Сам Некрасов часто сильнее в том любовном поединке, который они ведут с мадам Панаевой. (Читает «Тяжелый крест достался ей на долю»). Видите, теперь он стал её «палачом».

Рубинштейн: Думаю, что княгиню примирит с вами мысль о том, что Вы и она одинаково правы. Я плохо  знаю поэзию Некрасова, но почувствовал, что его любовная лирика  - это поединок равных. Да, тяжелым испытанием для двоих могут стать болезни, постоянные заботы, минуты недовольства друг другом. Поэтому поэт утверждает мужественное отношение к любви и счастью.

Хозяйка: Вы правы, Антон Григорьевич. Федор Иванович Тютчев тоже изобразил любовь, как «роковой поединок»:

Любовь, любовь – гласит преданье –

Союз души с душой родной –

Их съединенье, сочетанье

И роковое их слиянье,

И…поединок роковой.

Кони: Да, но у Тютчева в этом поединке есть виновные и жертвы, есть сильные и слабые.

Хозяйка:  Дорогой Анатолий Федорович, наш великий адвокат!  Вы уже готовы кого-то защищать?

Кони: Вы очень любезны, графиня. Возможно, потому что я адвокат, я вижу, что в гибели героини тютчевских стихов виновата толпа и сам Тютчев. В его отношения с Денисьевой врывается сила извне – наше с вами светское общество. Оно судит, сплетничает. Но удар в спину наносит все-таки сам герой, сам поэт. Он не способен к полному цельному чувству, которого ждет от него возлюбленная. Замечу, что немногие из нас способны на такое чувство. (Читает «О, как убийственно мы любим…»)

Каролина Павлова: Я не согласна с вами, Анатолий Федорович. Общество играет немалую роль в «поединке роковом», выступая против мадам Денисьевой: «Толпа, нахлынув, в грязь втоптала то, что в душе её цвело». Она одна со своими тайнами и жертвами предстала перед толпой. А герой не может ни защитить возлюбленную, ни разделить её страдания. (Читает «Чему молилась ты с любовью»)

Гиршман: Тютчев не мог её защитить? А что он может сделать для любимой женщины? Неужели только стоять в стороне и оплакивать её страдания? (Читает «Она сидела на полу …»)

Гр. Шереметьева: Вы не правы. Позвольте мне защитить Федора Ивановича. Я встречалась с ним в Берлине, и в Париже, и здесь, в Петербурге. У меня много его фотографий. Если желаете, я немного о нем расскажу.

Рассказ ведется с показом слайдов и в сопровождении романса «Я встретил вас …»

В Мюнхене, куда девятнадцатилетнего молодого человека родственники отправили внештатным секретарем  русской дипломатической миссии,  сердцем нашего любимого поэта завладела юная и знатная Амалия фон Лерхенфельд – внебрачная дочь прусского короля Фридриха-Вильгельма III. Красавица Амалия отвечала горячо влюбленному поэту взаимностью и была согласна на его предложение, но против были её родственники. Тютчеву отказали. А когда он на время покинул Мюнхен, Амалию выдали замуж за барона Крюденера. Но Амалия всю жизнь сохраняла дружеские отношения с некогда влюбленным в нее поэтом. Она навестила его уже тяжелобольного. Ей поэт посвятил «Я встретил вас и всё былое…»

Первой женой Тютчева становится Элеонора Петерсон.

Юсупова: О, я лично знала Элеонору. Она влюбилась в Тютчева мгновенно и самозабвенно, окружив его трогательной заботой. Нежная и хрупкая, словно прекрасное виденье, она взяла всю хозяйственную часть супружеского быта на себя. Несмотря на весьма скромный достаток, Элеонора смогла обустроить уютный и гостеприимный дом. Однако слабое здоровье  бедняжки было подточено переутомлением и нервным потрясением: его причиной стало кораблекрушение парохода «Николай I», на котором Элеонора плыла к мужу вместе с детьми. От длительного лечения эта мужественная женщина отказалась – и от болезни так и не оправилась. Вскоре простуда её подкосила… Элеонора умерла в возрасте 37 лет.

Гр. Шереметьева:  Горе Тютчева было так велико, что, сидя у гроба супруги, он поседел за несколько часов.  Эрнестиной Дёрнберг, своей второй женой,  Тютчев увлекся, ещё будучи женатым на Элеоноре. С Нести его роднила духовная близость, и поэт не смог устоять. Их  частые встречи довели законную жену Элеонору до попытки самоубийства (правда, неудачной), после чего Федор Иванович обещал прекратить отношения с Эрнестиной – однако не смог этого сделать. Через год после смерти Элеоноры Тютчев сделал предложение баронессе Дёрнберг. Эрнестина была умна, красива, богата. Она простит супругу измену, и однажды, после длительного разрыва, семья воссоединится вновь. А для разрыва была причина.

Орлова: У нашего  любимого поэта появилась юная любовница, воспитанница института благородных девиц - мадмуазель Елена Денисьевой. Для встреч с ней поэт снял отдельную квартиру.

Гр. Шереметьева: Тютчев, как уже было однажды, разрывался между двумя женщинами – законной и «гражданской» супругой. Он безуспешно пытался помириться с первой и никак не мог расстаться со второй.

Гиршман: Но Елена пострадала от этой губительной страсти гораздо больше: от неё отказался отец, друзья, о карьере фрейлины можно было забыть – все двери были для неё закрыты.

Гр. Шереметьева: Денисьева была готова на такие жертвы, была готова оставаться незаконной женой и чувствовала себя абсолютно себя счастливой, записывая своих детей на фамилию Тютчева. Все, кто осмеливался говорить правду о её положении, становились жертвами её нервных припадков. Постоянные переживания, заботы, ревность окончательно истощили её – обострилась чахотка. Денисьева умерла на руках Федора Ивановича, не дожив до сорока лет…

Хозяин: Спасибо, графиня, за интересный рассказ. Мне кажется удивительным то, что, пребывая более 20-и лет за пределами России, постоянно находясь в иноязычной среде, изъясняясь в семье и в обществе преимущественно по-французски, Тютчев    сумел не только сохранить любовь к родному языку, но и создать подлинные шедевры русского поэтического искусства. (Читает «Умом Россию не понять …»)

Столыпин: Прав Тютчев. Никогда нам не понять, почему в милых порядочных семействах появляются господа революционеры, террористы. Милые дети – и вдруг нигилисты. А теперь ещё, как бишь их … марксисты.

Сомов: Маркс пишет «Капитал» для цивилизованной Европы. У России свой путь. А наши социалисты не хотят этого понять. Я согласен с Федором Михайловичем Достоевским: предлагаемая нашими нечаевцами революция – это бесовщина. А сами господа революционеры – злодеи!

Мамонтова: Федор Михайлович задумывал свой роман «Бесы» как политический памфлет, но он перерос в роман-трагедию. Признаюсь, что меня в наших нынешних террористах больше всего потрясает их жестокость и беспринципность. Пятеро членов тайной организации «Народная расправа» убивают одного студента, заявляя, что их цель – освобождение народа.

                Подумать только! Они кричат, что уничтожат в корне  всякую государственность

                и истребят все государственные традиции и классы в России. Они готовы всё разрушать!

Хозяйка: Хватит, господа,  споров  о политике. У нас сегодня Рождество. И наша молодежь желает веселиться. Молодые люди покажут нам сценку из рыцарского романа. Прошу!

(Сценка подготовлена по песне Новеллы Матвеевой «Платок вышивая цветной …»)

Платок вышивая цветной, не старый, не новый,

Я знаю, для встречи со мной Вы нынче готовы.

Свои же намерения  означу словами:

На сивом на мерине приеду за вами …

Ох! Вот ведь какая судьба!

Ах, удивительно злая судьба.

Ох! Вот ведь какая судьба!

Ах, поразительно злая судьба.

А, впрочем, извольте понять: дорога ужасна.

Едва ли я стану гонять конягу напрасно.

Мой конь семенит, идет, как по буквам.

И скорости чтобы сменить, я пеший приду к вам.

Ох! Вот ведь какая судьба!

Ах, удивительно злая судьба.

Ох! Вот ведь какая судьба!

Ах, поразительно злая судьба.

А впрочем, ботинки надеть нельзя без расходу:

В них можно стоять и сидеть в любую погоду.

Но портить подошвы ходьбой не так по душе мне.

Я лучше приду к вам босой – так будет дешевле.

Ох! Вот ведь какая судьба!

Ах, удивительно злая судьба.

Ох! Вот ведь какая судьба!

Ах, исключительно злая судьба.

А впрочем, не стану скрывать: болят мои пятки,

К тому же дорога опять, видать, не в порядке.

Не скоро до вас доберусь – устану же скоро.

Я лучше совсем не приду. Прощайте, сеньора.

 

Ох! Вот ведь какая судьба!

Ах, удивительно злая судьба.

Ох! Вот ведь какая судьба!

Ах, непростительно  злая судьба.

Хозяйка: Павел Михайлович, я вижу, Вам понравилось представление. Вы хлопали громче всех!

Третьяков: Да, очень. Я люблю театр, хотя времени для него почти не остаётся.

Хозяйка: Господа, Павел Михайлович Третьяков в наступающем  году собирается передать в дар городу Москве всё собрание своих картин. Я недавно была в ваших выставочных залах, Павел Михайлович, и пришла в изумление. Сколько же замечательных полотен Вам удалось приобрести!  Но, знаете, что мне теперь хочется узнать: с чего всё началось, какое полотно было первым?

Третьяков: Первой купленной мной картиной было полотно Шильдера «Искушение».

Павлов:  А что вы приобрели в последнее время?

Третьяков: Совсем недавно я купил у Архипа Ивановича Куинджи «Лунную ночь на Днепре».

Голицына: Я уже видела эту картину в мастерской художника. Господа, кто не был там, тот, наверное, не может вообразить, как бесконечно долго тянулась длинная очередь. То, что мы увидели, буквально ошеломило. Мы с подругами решили, что Куинджи пишет свои картины на грунте с перламутром!

Павлов: А мне кажется, что они писаны на обыкновенном стекле.

Лохвицкая: Что вы, какое стекло!  По-моему, на чистом золоте!

Третьяков: Не на золоте, не на стекле и не на перламутре! «Лунная ночь» писана на

             обыкновенном холсте, обыкновенными масляными красками. Единственный

             секрет Куинджи – это волшебное мастерство. Он всегда ищет эффекты освещения

             в природе. Все его картины отличаются необычайно красивым колоритом, тонкой

             цветовой гаммой. Посмотрите «Украинскую ночь»!. Я восторгаюсь его умением

             создавать иллюзию освещения. Как светлячки играют в темно-бархатном

             пространстве ночи крыши и сены деревенских изб.

Лохвицкая: А это «Березовая роща»?! По-моему, главное для Куинджи – состояние природы. Эта картина наполнена светом, ярким солнечным светом и воздухом. Она воспевает русскую природу:

Не то, что мните вы, природа:

Не слепок, не бездушный лик –

В ней есть душа, в ней есть свобода,

В ней есть любовь, в ней есть язык.

Павлов: Павел Михайлович, есть у вас картины Серова?

Третьяков: Да, конечно. Я люблю его детские портреты. В них какое-то совершенно особое обаяние. Вот, например, «Девочка с персиками».

Васильев: Да, эта картина звучит гимном юности. Светлые краски, их чистое звучание создают ясный душевный мир Верочки Мамонтовой.

Соловьева: А «Мика Морозов»! Когда я впервые увидела этот портрет, я, кажется, поняла

              одну особенность Серова. Он очень серьезно относится к тем явлениям, которые

              изображает. Он пишет портрет ребенка. А пытается постичь специфику детского

              восприятия. Его Мика реагирует на мир с недоступной для взрослого остротой.

Хозяйка: Спасибо, дорогой Павел Михайлович, за то, что Вы позволили нам заочно

              полюбоваться картинами  из вашей коллекции. А теперь новость господа! Наш

              замечательный Петр Ильич пишет свой третий балет. Это будет рождественская

              сказка «Щелкунчик». Дивертисмент уже написан, и я предлагаю вам его

              послушать. Сейчас мы с вами попадем в волшебный Конфитюренбург. Звучит

              огненно-стремительный танец «Шоколад». Потом слышится сладостная

              чарующая музыка томного Арабского танца «Кофе». Следующий – комический

              танец «Чай». Обратите внимание на особый подбор тембров. Свистящая мелодия

              флейты пикколо на фоне низких фаготов. Потом звучит яркий темпераментный

              «Трепак». Сюиту танцев завершает «Вальс цветов»… А теперь я приглашаю вас,

              господа,  принять участие в нашей музыкальной викторине. Определите, когда

              звучит «Кофе», «Чай», «Шоколад» ит.д. Согласны?  Начнем.

Идет игра-слушание.              

              Браво, господа! Я благодарю вас за участие в нашем вечере.

 

Использованная литература:

1.      Баева В. «Серов» из серии «Великие художники». Директ-Медиа, 2009 г.

2.      Некрасов Н.А. Стихотворения и поэмы М., «Художественная литература», 1980 г.

3.      Охапкина К.А.  «Повесть о Куинджи» М., «Советский писатель», 1953 г.

4.      Пушкин А.С. Избранные произведения в 2-х томах. М., «Художественная литература» 1980 г.

5.      Тютчев Ф.И. Стихотворения М., «ЭКСМО», 2002 г.

6.      Чагин В.В.  Биография писателя. Федор Иванович Тютчев. Книга  для учащихся М., «Просвещение», 1990 г.

7.      Федорец А.И. Павел Третьяков из серии «Великие исторические персоны» М., Вече, 2011 г.